Регуляторный прогноз для тех, кто считал свой кошелёк личным делом
Есть одна фраза, которую мы в Singabiz за последние годы слышали настолько часто, что она стала почти клише: „Мой банк ничего не знает о моём кошельке, значит, меня всё это не касается.“ С этого года это утверждение справедливо ещё меньше, чем раньше. Не потому, что все адреса кошельков вдруг стали публичными, а потому что два новых регламента ОЭСР — CRS 2.0 и CARF — закрывают именно тот разрыв, который до сих пор существовал между обычным банковским счётом и криптобиржей. Если ваша структура выстроена сразу в нескольких юрисдикциях, стоит понимать, что теперь передаётся, кому и, что важнее всего, когда.
Два регламента, одна цель
Общий стандарт отчётности, сокращённо CRS, действует с 2017 года и обязывает банки автоматически передавать данные счетов налоговых нерезидентов в их страну налогового резидентства. Что он до сих пор не охватывал — это криптоактивы, которые хранятся не в традиционном банке, а на бирже или у брокера. Именно этот разрыв закрывают два новых регламента, каждый своим способом.
CRS 2.0, обновлённая версия действующего стандарта, вступила в силу первого января этого года и расширила определение отчётных финансовых продуктов. Теперь под неё подпадают счета в электронных деньгах, цифровые валюты центральных банков и — это самое важное — производные криптоактивы, если они проходят через уже отчётную финансовую организацию. Первые отчёты по новым правилам должны быть поданы в 2027 году, так что у финансовых организаций остаётся ещё несколько месяцев на перестройку систем.
CARF, или Crypto-Asset Reporting Framework, — это не обновление, а совершенно новая, параллельная система. Она обязывает так называемых поставщиков услуг с криптоактивами (биржи, брокеров и похожие платформы) собирать данные о транзакциях своих пользователей и передавать их соответствующей налоговой службе, независимо от того, считались ли эти поставщики финансовой организацией в смысле CRS вообще. Иными словами: даже чисто криптовалютная биржа без какой-либо банковской лицензии теперь становится отчитывающейся стороной.
Кстати, то, что именно считается отчётным криптоактивом, определено шире, чем многие полагают. Речь не только о биткоине и крупных известных монетах. В принципе это касается любых активов на основе распределённого реестра, которые держат в инвестиционных или платёжных целях, включая стейблкоины. Основные исключения — это централизованно выпускаемые цифровые валюты центральных банков (они подпадают под CRS 2.0) и закрытые системы вроде обычных программ лояльности без возможности обмена. На практике это значит: тот, кто считает, что баланс в стейблкоинах остаётся вне поля зрения, как правило, ошибается.
График внедрения далеко не единый
И вот здесь становится по-настоящему интересно именно для наших клиентов, потому что единого глобального срока нет. Около 48 юрисдикций обязались провести первый обмен данными CARF в 2027 году — среди них Германия, Великобритания и большая часть Европейского союза. Этот список постоянно меняется, поэтому перед любым важным решением стоит проверять его актуальное состояние.
Вторая волна из примерно 27 юрисдикций ориентируется на первый обмен в 2028 году — и среди них, что примечательно, оказались именно те локации, которые наиболее актуальны для наших клиентов: Швейцария, Сингапур, Малайзия и Объединённые Арабские Эмираты. Парламент Швейцарии уже принял соответствующий закон, но сознательно перенёс фактическое внедрение: сбор данных там начнётся не раньше 2027 года, а первый трансграничный обмен запланирован на 2028 год. Это не значит, что там пока ничего не происходит, просто первый автоматический обмен данными там наступит на год позже, чем, например, в Германии.
Панама же не входит ни в один из этих списков. Страна пока просто не взяла на себя обязательство по внедрению CARF. Но прежде чем мысленно открывать новый счёт в Панама-Сити, стоит учесть: это не постоянная лазейка, а состояние, которое может быстро измениться при международном давлении — то же самое мы уже наблюдали при развитии первоначального CRS, когда первоначальные „отказники“ со временем присоединялись. Структура, построенная исключительно на текущей регуляторной сдержанности одной отдельной страны, строится на песке.
Что это конкретно значит для вашей структуры
Возьмём пример, близкий к тому, что мы действительно встречали на практике. Предприниматель, налоговый резидент Германии, держит биткоин и эфириум через французскую биржу, а операционная выручка компании проходит через юридическое лицо в Сингапуре. Французская биржа уже собирает данные о транзакциях, с 2027 года они автоматически поступят в немецкую налоговую службу. Сингапурские же корпоративные счета — если там тоже держат криптоактивы — попадают только в цикл отчётности 2028 года, точно так же, как и счета на швейцарской бирже. Само по себе это не повод для беспокойства, если всё и так корректно облагается налогом. Но пример показывает, насколько по-разному распределены сроки отчётности в зависимости от места хранения активов, и что ни фраза „моя биржа не в ЕС“, ни фраза „моя биржа в Швейцарии“ сами по себе больше не являются надёжным планированием.
Второй момент касается состоятельных частных лиц более непосредственно, чем может показаться на первый взгляд. Директива ЕС DAC8, которая дополняет CRS 2.0 и CARF в рамках Союза и должна была быть перенесена в национальное законодательство до конца 2025 года, дополнительно предусматривает автоматический обмен трансграничными налоговыми разъяснениями (рулингами) для физических лиц — конкретно теми рулингами, которые выданы, изменены или продлены начиная с 1 января 2026 года и в которых указанная в решении сумма сделки превышает один миллион пятьсот тысяч евро, либо речь идёт об определении налогового резидентства. Точная реализация ещё может отличаться в деталях от страны к стране. Тому, у кого есть такое соглашение с налоговой службой одной из стран ЕС, стоит исходить из того, что о нём в дальнейшем узнают и другие органы.
Что действительно стоит сделать сейчас — а что нет
„Тогда я просто быстро всё перестрою, пока в 2027 году не начнут всё передавать“ — вполне понятная мысль, но как единственная стратегия она слишком поверхностна. Более разумный подход — не пытаться успеть за сроками отчётности, а выстроить структуру так, чтобы она оставалась устойчивой независимо от того, будут ли и когда передавать данные, просто потому что она изначально прозрачна и обоснована. Конкретно это означает: место налогового резидентства, юрисдикция компании и налоговый режим для криптоактивов должны быть согласованы между собой ещё до того, как придёт первый автоматический отчёт, а не после — в качестве реакции.
Предпринимателям, связанным сразу с несколькими из упомянутых юрисдикций, стоит проверить, где именно сейчас находятся их криптоактивы, через какого поставщика, и к какому из двух циклов отчётности — 2027 или 2028 года — этот поставщик относится. Разобраться с этим за несколько недель вполне реально. За две недели до первой отчётности — уже значительно сложнее.
Три пункта, которые мы сейчас реально советуем клиентам. Первое: проверьте, есть ли на корпоративных счетах продукты, близкие к электронным деньгам или цифровым валютам центробанков — они подпадают под CRS 2.0 и могут оказаться в другом, иногда более раннем цикле отчётности, чем чистые криптоактивы. Второе: уже сейчас полностью документируйте, через какую структуру держатся какие активы — документы, которые в любом случае должны быть под рукой, проще подготовить заранее, чем по запросу органа. И третье: цифровые кочевники, перемещающиеся между странами без чётко зафиксированного налогового резидентства, не становятся автоматически проблемным случаем из-за CARF, но привлекают больше внимания, поскольку переданные данные могут одновременно попасть в несколько потенциальных стран резидентства, пока фактическое резидентство не будет установлено.
В конце концов остаётся тот же вывод, что был верен ещё при первоначальном CRS и теперь просто распространился на новый класс активов: международная диверсификация защищает от концентрации рисков и сохраняет свободу маневра, а не служит способом что-то скрыть — это никогда не было её смыслом. Налоговые органы, к слову, это тоже прекрасно понимают, поэтому и выстраивают эту систему отчётности не со вчерашнего дня, а уже больше десяти лет, спокойно и с завидным терпением.
Если вы хотите продуманно разобраться со своей структурой сами, а не оставлять это на откуп налоговому органу, мы готовы обсудить это с вами и, при необходимости, предоставить консультацию. Первый цикл отчётности в 2027 году кажется довольно далёким. Для аккуратной реструктуризации год — вполне реальный срок. Для той, что начинают только после письма из налоговой в почтовом ящике, — уже не совсем.
Данная статья носит общий информационный характер и не является индивидуальной налоговой, юридической или инвестиционной консультацией. Singabiz не оказывает такие услуги; для оценки вашей конкретной ситуации обратитесь к лицензированному налоговому консультанту или юристу. В зависимости от страны мы можем порекомендовать подходящих налоговых и юридических консультантов из сети Singabiz Network.
Хотите узнать, как CRS 2.0 и CARF конкретно повлияют на вашу структуру? Запишитесь на бесплатную консультацию на singabiz.com/ru/contact.
